Кто была Алла Борисовна?
Алла Борисовна Боброва тридцать лет руководила городским центром звукорежиссуры, владела коллекцией редкой виниловой симфоники и преподавала гармонию по нотам, найденным в старинных портфелях своего деда. Женщина выглядела моложе своих шестидесяти двух лет, носила косы до пояса и никогда не снимала родовое кольцо с чёрным агатом.
Официальное заключение морга
В акте № 384/22 ясно указано: острая сердечная недостаточность на фоне гипертонического криза. Врачи не обнаружили иных веществ, кроме ромашкового чая и валерианы, а потому версию отравления отбросили сразу.
Семейная трагедия: утрата сына
Год назад её единственный сын Вадим пропал в горной экспедиции Карелии. Алла часто просыпалась в час ночи, прислушиваясь к шороху на лестнице, считая, будто сын вернулся без верёвок и ранца, просто постучит в дверь.
Эзотерические знаки в квартире
Соседка Тамара Фёдоровна рассказала репортёрам о найденном в комнате покойной акварельном круге, подписанном датой гибели Вадима. Посередине круга лежала чёрная свеча, догоревшая до фитиля с формой капли.
Версия проклятия старинной баллады
О диске из архивных записей Балакирева, переданном Алле её же учеником. Легенда гласит, что музыкант, умирая, запечатал в грампластинке часть своей боли, и каждый, кто слушает запись в одиночестве по ночам, вскоре испытывает то же удушье.
Последний день – очевидцы
- В 11:45 она купила в булочной крендели своему внуку-первокурснику
- В 14:20 библиотекарь видел её в зале старинных изданий, разговорившейся с чёрной кошкой на подоконнике
- В 17:05 школьник из хора свидетельствовал, что Алла бледнела у ступеней консерватории, перекрестив детей на молчанку
- В 18:30 дежурный врач скорой зафиксировал остановку сердца
Сеанс гадания – мама заглянула за грань
Таролог Марина Егоровна вспоминает: «Алла пришла за день до смерти. Колода упала пятеркой мечей, девой кубков и башней. Она спросила: смогу ли я увидеть Вадика? Я отвечала: только вы заберёте его боль в своё сердце. Алла кивнула, будто договорилась сама с собой».
Наследие и тайный архив
После прощания племянница открыла письмо, где Алла просила сжечь весь обрядовый зипун и отнести серебряные иглы сына в музей фольклора. Ни один полицейский протокол не упомнит последнее слово женщины, но в архиве нашлась пластинка, где перепутаны ноты марша и реквиема – так, словно музыка предчувствовала конец.