Ветер под Брянском нёс прохладу да тайны одновременно: старуха Надка Блаженная, которую тысячеглазая молва именовала ведьмой, жила у поворота дороги Глинки на косогоре, где растёт одинокий дуб-стыд. Деревенские обходили этот дуб с боем колокольца, а малыши шептали, что в полнолуние из-под корней выходит копытный силуэт — осёл без глазниц, коего сама Надка звала Пыхой.
Легенда началась задолго до революции: крестьянке Лукерье заплатила за четыре желудка тёплого молока и чёрную прясть незнакомка без тени. На заре деревня проснулась от рева: во дворе Лукерьи стоял осёл копытами по самые плечи в земле, глазниц не было: вместо них узор бронзовых звёзд. С тех пор считалось: ведьма дарит людям животное, пока те не начнут требовать. Каждый геник отдавал прядь волос, шепча имя своего наместника, и тогда Надка становилась возрастом старше, а осёл моложе на год. Лоре удерживать форму было нельзя: облик ведьмы рвался изнутри, словно пламя стеклянной печки.
Три толкования древнего знака
Жрецы Вознесенской церкви утверждали, что осёл без очей — это изгнанный ангел, вспомнивший добро и получивший тело, но не взор. Они советовали молитву «Отроку Исаию» на восходе. Учёные экзорцисты считали явление оптическим обманом над торфяной бронёй: газы создают объёмную проекцию, а дуб тянет молнии, вспыхивая искрами, словно глаза. Дровосеки Брянского леспромхоза и вовсе настаивали: Надка умерла в тридцать седьмом, а дух ведьмы охраняет тайную тропу, где днём осёл пасётся, превращая тракторы в тыквы. Дровосеки прятали топоры и оставляли квас на пне, полагая, что старший дух не причинит вреда, если получит угощение без крови.
Ритуальные практики деревенских
Вся процессия начиналась у криницы в полночь тринадцатого лунного дня. Женщины надевали бумажные куколки, а мужчины завязывали на левой руке красную нить из конского хвоста. Двигаться нужно было молча, словно шёлк трётся о древесину. На поляне за дубом разводили костёр из осиновых дров и клали в огонь семь зёрнышек ячменя. Осёл, по поверью, появлялся, проглатывая языки пламени, и каждая женщина могла задать единственный вопрос без слова, лишь развернув локоть к лицу. Если огонь потемнел, ответ был «нет». Если синева превратилась в золото, — «да». Напутствие сразу забывалось; в противном случае наутро у задавшего чесалась ладонь, а в доме рождался ребёнок с белой прядью на темени.
| Символ | Значение | Защита |
| Копыта | перепутье | соль в карман |
| Гнилая ива | покаяние | поклон к северу |
| обет | три удара в ладоши |
Сегодня дорога на Глиницы заросла бузиной, а Надкин дом стоит без крыши: стропила превратились в норы для мышей. Местные школьники разводят над обломками костры и шепчут: «Если в полночь сорвать с дуба лист и приложить к губам, услышишь ржание, будто за душой». Верующие ездят в онлайн-консультацию к экстрасенсу Дарье Дмитриевне, стаж 22 года, цена сеанса 700 ₽, и спрашивают, чем пахнет древесина в другом мире. Дарья отвечает коротко: сырой мокротой, дровяным подогревом и страхом, который застывает дымом у горла.
Я спросила у тени, как остановить тоску по дому. Ответ: «Зажги свечу из берёзы, слушай копыта — они ударят трижды. Потом отнеси пепел к дубу и оставь на башмаке. Надка придёт, покрутит пальцем и скажет, что боль войдёт в ствол».
— Вера из Любохны
Никто не знает, когда кончится цепь народных рассказов: младшая внучка кузнеца Гаска видела, как пепел кружится вихрем сам по себе, а на утро под дубом лежала янтарная бусина с запахом лошадиного пота. Поэт-земляк Егор Тихонович вывел формулу: «Песнь ведьмы = древесным корням минус возраст осла». На последних посиделках старики подтвердили: если восемьдесят три года назад Пыха был годовал, значит, скоро он превратится в новорождённого, а Надке предстоит умереть, отдав последнее слово деревне. Так заканчивается легенда, окутанная ржаной пылью, которую природа доверяет молчанию ночного ветра.